Многочисленные источники подтверждают, что подземная школа использовалась для работы местных учреждений, укрытия населения и регулярной выдачи гуманитарной помощи. Документально зафиксировано присутствие именно гражданских лиц во время атаки. Мониторинговая миссия ООН усматривает в обстоятельствах удара вероятное нарушение основополагающих принципов международного гуманитарного права, а украинские правоохранительные органы и военная разведка продолжают устанавливать обстоятельства атаки и причастных к ней российских военнослужащих.
Российские СМИ и провоенные Telegram-каналы пытаются оправдать авиаудар по подземной школе в поселке Камышеваха Запорожской области, нанесенный 2 ноября 2026 года. Они утверждают, что вместо гражданского объекта российская армия якобы уничтожила военную базу ВСУ. При этом распространяются разные версии: Telegram-канал «Изнанка» сообщил об уничтожении пункта временной дислокации 128-й отдельной горно-штурмовой бригады, LostArmour назвал объект подземным командным пунктом, а «Военное обозрение» утверждало, что в школе находились операторы беспилотников.
В качестве одного из доказательств российские источники используют заявление украинского блогера Романа Пятигорца, сделанное за полтора месяца до трагедии. Некоторые издания также представляют погибших и пропавших без вести в результате атаки как потери украинской армии. Так, 7 ноября «Московский комсомолец» заявил, что Киев якобы подтвердил уничтожение бункера с 54 операторами БПЛА.
Однако имеющаяся в открытом доступе информация не подтверждает версию российской стороны о том, что подземная школа использовалась в качестве военной базы или командного пункта ВСУ. Напротив, ее гражданское использование подтверждается многочисленными документами, свидетельствами очевидцев и видеоматериалами, а Мониторинговая миссия ООН по правам человека в Украине усматривает в обстоятельствах удара вероятное нарушение основополагающих принципов международного гуманитарного права.
Что известно о подземной школе в Камышевахе
Подземную школу на территории гимназии «Джерело» открыли в октябре 2025 года. Она представляла собой оборудованное под землей учебное помещение, одновременно выполнявшее функцию укрытия. Однако из-за постоянной угрозы российских обстрелов дети посещали занятия лишь в ноябре и декабре 2025 года. С января 2026 года обучение перевели в дистанционный формат.
Как сообщало запорожское издание «Справжнє» еще 20 февраля 2026 года, после прекращения очных занятий в подземной школе разместили поселковый совет, Центр предоставления административных услуг (ЦНАП) и местные медицинские учреждения. Глава громады Юрий Карапетян объяснял, что такое решение было согласовано с Запорожской областной военной администрацией, поскольку сотрудники местных учреждений не могли безопасно работать в обычных зданиях.
В публикации Запорожского центра расследований от 11 марта 2026 года также говорилось, что после разрушения здания поселкового совета большинство административных функций перенесли в подземную школу. Там оформляли документы, выдавали гуманитарную помощь, а жители, потерявшие жилье вследствие обстрелов, могли временно переночевать.
Таким образом, гражданское использование школы было публично задокументировано задолго до трагедии. Причем гуманитарную помощь там выдавали не от случая к случаю. Как сообщило агентство Reuters 4 ноября, раздачи проводились регулярно, каждый понедельник.
Что произошло 2 ноября
Обстоятельства атаки подробно рассмотрела Мониторинговая миссия ООН по правам человека в Украине в заявлении от 3 ноября 2026 года.
Эксперты ООН установили, что еще 1 ноября местные власти публично объявили о предстоящей выдаче гуманитарной помощи в школе. Сообщение было размещено в социальной сети на канале с почти пятью тысячами подписчиков. Раздача была запланирована на следующий день, 2 ноября, с 10:00 до 12:00.
Именно в это время российские вооруженные силы атаковали Камышеваху управляемыми авиабомбами. В школе собрались местные жители, пришедшие за гуманитарной помощью. После первых взрывов на место прибыли полицейские и спасатели, а люди пытались укрыться в подземном помещении.
Согласно сообщению Главного управления разведки Министерства обороны Украины от 7 ноября, российская авиация начала атаку в 09:45. Две управляемые авиабомбы поразили территорию гимназии «Джерело», разрушив спортивный зал и хозяйственное здание. Примерно через час российские военные сбросили трехтонную авиабомбу ФАБ-3000 непосредственно на подземное помещение школы, где находились пункт несокрушимости и укрытие для местных жителей. В результате обрушения бетонных конструкций люди оказались под завалами.
ГУР также обнародовало результаты установления российских военнослужащих, причастных к атаке. По данным украинской военной разведки, удар спланировал полковник Федор Зубаков, начальник группы огневого поражения штаба российской группировки войск «Днепр». Для атаки были задействованы четыре самолета Су-34. Украинская разведка установила имена шести летчиков, участвовавших в нанесении ударов, – Сергея Елисеева, Дмитрия Зверева, Родиона Плотникова, Никиты Игнатьева, Максима Соколенко и Вадима Перехреста. Экипаж еще одного самолета устанавливается. Эти сведения опубликованы на официальном сайте ГУР.
В отдельном заявлении гуманитарного координатора ООН в Украине Маттиаса Шмале отмечается, что среди жертв первых ударов были преимущественно местные жители, пришедшие за гуманитарной помощью, и работники местной администрации. Последующие удары привели также к гибели двух спасателей и четырех полицейских, которые прибыли помогать пострадавшим.
По официальным данным ГСЧС Украины, опубликованным 7 ноября, количество погибших в результате российской атаки возросло до 55 человек. Спасатели продолжали разбирать завалы, несмотря на постоянную угрозу повторных ударов. Окончательное количество жертв на тот момент еще не было установлено.
Видеозапись полиции и свидетельства очевидцев
4 ноября Национальная полиция Украины опубликовала видеозапись, сделанную нагрудной камерой одного из полицейских, погибших при атаке. На кадрах видно, как местные жители и сотрудники экстренных служб пытаются спастись от новых авиаударов. Люди спускаются по лестнице в подземную школу, которую использовали как укрытие. Затем происходит мощный взрыв.
Агентство Reuters отдельно проверило дату и место съемки. Для этого журналисты использовали метаданные оригинального файла, спутниковые изображения и собственные фотографии с места атаки.
О том, как люди оказались в укрытии, рассказал и выживший спасатель ГСЧС Родион Палий. В интервью изданию «Справжнє» от 6 ноября он сообщил, что спасатели прибыли после первых взрывов, чтобы освободить женщину из-под завалов. Во время спасательной операции поступило предупреждение о новых авиабомбах. Всех попросили срочно пройти в укрытие. Люди спустились в подземную школу, после чего спасатель потерял сознание. Он выжил, получив тяжелые травмы.
Дополнительными свидетельствами присутствия гражданских являются сообщения родственников и знакомых погибших. В частности, под публикацией в Threads пользователи рассказывали о людях, погибших в подземной школе. Часть таких сообщений собрали журналисты Forpost.media. Не все свидетельства из социальных сетей независимо проверены, однако личности ряда погибших и обстоятельства их смерти установили украинские журналисты.
Например, «Суспільне» рассказало о 74-летней Любови Красновой, которая пришла в школу за гуманитарным хлебом, а также о супругах Артеме и Даниеле Жуковых, погибших в укрытии. Среди установленных жертв также были руководительница местного ЦНАПа Ольга Тверденко, сотрудники полиции и спасатели. Ольга Тверденко, по информации «Суспільного», регулярно приезжала в Камышеваху по понедельникам для выдачи гуманитарной помощи.
Таким образом, присутствие гражданских лиц в школе в момент атаки подтверждается не только заявлениями украинских властей, но и видеозаписью полиции, свидетельствами очевидцев, рассказами родственников погибших и журналистскими материалами. Эти данные согласуются с выводами Мониторинговой миссии ООН.
Чем российские источники обосновывают свои заявления
Одним из основных аргументов российских публикаций стало выступление Романа Пятигорца от 17 сентября 2026 года. Блогер и политический комментатор действительно заявил, что в подземной школе Камышевахи находится местная администрация, а также якобы размещаются операторы БПЛА. Видеофрагмент выступления опубликован в украинских СМИ.
Однако Пятигорец не является официальным представителем украинских властей или военного командования и не представил никаких доказательств своих слов. Независимого подтверждения того, что в школе действительно базировались операторы беспилотников, в проверенных материалах нет. Его заявление, сделанное за полтора месяца до трагедии, тем более не подтверждает военный характер объекта непосредственно 2 ноября.
Не являются таким доказательством и кадры авиаудара, опубликованные российским каналом «Изнанка». Видеозапись демонстрирует взрыв, но не позволяет установить, кто находился внутри подземного помещения и для каких целей оно использовалось.
Отдельный пример манипуляции – публикация «Российской газеты» от 4 ноября. Издание утверждало, что вследствие удара ВСУ потеряли 80 человек. При этом в самом материале приводились данные о 31 погибшем и 48 пропавших без вести – цифры, соответствовавшие украинским сообщениям о жертвах атаки и людях, которых продолжали разыскивать. Никаких доказательств того, что эти люди были военнослужащими, издание не предоставило. Таким образом, сообщения о погибших и пропавших без вести были представлены как подтверждение военных потерь Украины.
Аналогичный прием использовал «Московский комсомолец» 7 ноября. В заголовке утверждается, что Украина якобы подтвердила уничтожение 54 операторов БПЛА. Однако никаких соответствующих заявлений украинских государственных или военных органов издание не приводит. Вместо этого оно вновь ссылается на слова Пятигорца и упоминает гибель украинского майора Виталия Бевзы.
Володарский поселковый совет действительно сообщил о гибели Виталия Бевзы 2 ноября при выполнении боевого задания в Камышевахе. Однако в сообщении не говорится, что военнослужащий находился именно в подземной школе. Следовательно, этот факт не доказывает существования там военной базы или гибели десятков операторов беспилотников.
Таким образом, российские источники не представили проверяемых фото-, видео- или иных убедительных доказательств того, что подземная школа была военным объектом в момент удара. Вместо этого они используют неподтвержденные заявления, видеозапись самого взрыва и сведения о погибших, приписывая им военный статус без достаточных оснований.
Оценка международных организаций и нормы международного гуманитарного права
Обстоятельства удара по Камышевахе вызвали серьезную обеспокоенность международных правозащитных организаций.
В заявлении от 3 ноября руководительница Мониторинговой миссии ООН по правам человека в Украине Даниэль Белл подчеркнула, что место и время выдачи гуманитарной помощи были широко известны. По ее словам, российские вооруженные силы либо знали о проходившей в школе гуманитарной акции, либо не предприняли даже самых элементарных мер для выяснения того, что происходило в населенном пункте, который они собирались атаковать.
Мониторинговая миссия ООН пришла к предварительному выводу, что атака, по всей видимости, нарушила основополагающие принципы международного гуманитарного права.
5 ноября Комиссар Совета Европы по правам человека Майкл О’Флаэрти также осудил российский удар по школе, где гражданские собрались за гуманитарной помощью. Особое внимание он обратил на повторные удары, в результате которых погибли спасатели и люди, пытавшиеся укрыться. Комиссар подчеркнул, что подобные атаки, если они намеренно направлены против гражданских объектов в нарушение международного гуманитарного права, являются военными преступлениями.
При этом международное гуманитарное право устанавливает конкретные требования к выбору целей и проведению военных атак.
Согласно статье 52 Дополнительного протокола I к Женевским конвенциям, военными целями могут считаться только те объекты, которые эффективно способствуют военным действиям и уничтожение которых в конкретных обстоятельствах дает определенное военное преимущество. В случае сомнений относительно использования школы в военных целях она должна рассматриваться как гражданский объект.
Статья 57 того же Протокола обязывает сторону, планирующую нападение, сделать все практически возможное для проверки военного характера цели, а также принять меры для предотвращения или минимизации потерь среди гражданского населения. При выборе средств и методов атаки необходимо учитывать ожидаемые последствия для гражданских лиц.
Не менее важен принцип пропорциональности, закрепленный в статье 51(5)(b). Он запрещает нападения, от которых можно ожидать случайных потерь среди гражданских лиц, чрезмерных по сравнению с конкретным и непосредственным ожидаемым военным преимуществом. Как разъясняет Международный комитет Красного Креста, эти требования действуют и при атаке на подтвержденную военную цель.
Применительно к Камышевахе особое значение имеет то, что информация о гражданском использовании школы была доступна задолго до трагедии. Местные административные и социальные учреждения работали там на протяжении месяцев, гуманитарную помощь выдавали регулярно, по понедельникам, а о конкретной раздаче 2 ноября публично сообщили накануне.
Именно эти обстоятельства стали основанием для серьезной обеспокоенности Мониторинговой миссии ООН. По оценке ее руководительницы Даниэль Белл, российские военные либо знали о раздаче гуманитарной помощи, либо не предприняли даже самых элементарных мер для выяснения обстановки перед атакой. В обоих случаях, по мнению миссии, удар, вероятно, нарушил основополагающие принципы международного гуманитарного права.
Ранее StopFake неоднократно опровергал российскую дезинформацию, направленную на оправдание атак на гражданские объекты, отрицание ответственности России за гибель мирных жителей и сокрытие обстоятельств российских военных преступлений. В частности, об этом шла речь в материалах «Фейк: В селе Гроза российские военные нанесли удар по скоплению «нацистов» из батальона «Айдар»», «Она разрушилась сама»: пять фейков росСМИ о подрыве Каховской ГЭС», «Фейк: Удар по вокзалу Краматорска нанесли украинские военные» и «Фейк: Массовые жертвы среди мирного населения Киевской области – постановка».
