Источник: Центр стратегических коммуникаций и информационной безопасности
Центр демократии и верховенства права исследовал, как (про)российские нарративы распространяются между Telegram и TikTok, изменяют форму в зависимости от платформы и используют реальные события для манипуляций.
В рамках исследования «Кросс-платформенное распространение дезинформации: как (про)российские нарративы мигрируют между соцсетями» авторы проанализировали более 10 тысяч сообщений и видео. Анализ показал: прямое копирование контента между Telegram и TikTok происходит не так часто. Значительно важнее перетекание самих нарративов, идей и интерпретаций.
При этом платформы выполняют разные функции. Telegram часто становится местом, где определенный месседж появляется и начинает активно распространяться, тогда как в TikTok он адаптируется к короткому видеоформату, становится более эмоциональным и получает потенциал для дальнейшего вирусного распространения.
Центр стратегических коммуникаций публикует ключевые пункты исследования.
Telegram «засевает», TikTok усиливает
Один из главных паттернов, зафиксированных исследователями, — роль Telegram как своеобразной точки входа для информационного повода или необходимой манипуляторам интерпретации.
Показательным стал кейс с заявлением председателя Совета резервистов Сухопутных войск Ивана Тимочко о возможности более широкого привлечения женщин на военную службу. Его слова не означали немедленного введения обязательной мобилизации женщин и касались, в частности, возможностей их привлечения на тыловые должности.
Однако именно этот инфоповод стал основой волны манипулятивных публикаций. Вырванная из контекста цитата о «военной целесообразности мобилизации женщин» начала стремительно расходиться по Telegram-каналам. Исследователи зафиксировали десять дословных или почти идентичных публикаций на разных каналах всего в течение десяти минут.
После этого тема перешла в TikTok. Там к ее распространению присоединились блогеры, комментаторы и авторы, позиционирующие себя как эксперты. К исходной информации добавлялись эмоциональные оценки, предположения и политические интерпретации
Так нейтральный или относительно нейтральный инфоповод постепенно превращается в эмоционально заряженную тему, способную провоцировать страх, возмущение и конфликты внутри общества.
Между платформами мигрирует не контент, а нарратив
Исследователи не установили масштабного системного копирования одних и тех же материалов между Telegram и TikTok. Они зафиксировали другое явление: между платформами переходит содержательное ядро — идея, оценка или отношение к определенному событию.
В Telegram одно и то же сообщение может дословно копироваться десятками каналов или распространяться через сеть репостов. В TikTok этот месседж уже получает другую форму — короткое видео, эмоциональный комментарий, обращение к аудитории или псевдоэкспертное объяснение.
Например, после заявления Валерия Залужного о возможных условиях завершения войны одна и та же новость быстро разошлась по Telegram-каналам, которые ссылались на общий первоисточник. Вскоре в TikTok появились видео, авторы которых пересказывали и интерпретировали эту информацию.
Другой показательный случай касался избиения полицейского военными РТЦК в Одесской области. В одном из Telegram-каналов информация распространялась без манипулятивной трактовки. После перехода в TikTok ее контекст изменился: к сообщению прибавили намеки на коррупцию во время мобилизации и высмеивания представителей полиции.
То есть одно и то же реальное событие на разных платформах может получать принципиально разное эмоциональное и смысловое оформление.
Реальные события становятся топливом для манипуляций
Важный вывод исследования состоит в том, что вредоносные акторы далеко не всегда создают откровенные фейки. Значительная часть проанализированных материалов основывалась на реальных событиях или подлинных заявлениях.
Манипуляция возникает на следующем этапе – из-за вырывания информации из контекста, преувеличения, эмоционального окраса, добавления неподтвержденных оценок или навязывания аудитории определенной интерпретации.
Речь идет о малинформации — правдивой информации, которую распространяют способом, способным нанести вред человеку, общественной группе, организации или государству.
Особенно заметно это при больших информационных поводах. Исследователи фиксировали всплески активности вокруг тем мобилизации женщин, планов завершения войны, количества случаев самовольного оставления части и других чувствительных для общества вопросов.
Таким образом, вредоносные акторы не существуют в отдельной информационной среде. Они следят за повесткой, находят наиболее эмоциональные и конфликтные темы и используют их как основу для собственных месседжей.
Механизм может выглядеть следующим образом: посеять определенную идею → спровоцировать эмоциональное обсуждение → дождаться, пока пользователи сами начнут создавать и распространять контент с уже заложенными в него деструктивными тезисами.
«Людоловы», «бусификация» и «киевский режим»: как работает фреймирование
Отдельный инструмент воздействия – систематическое использование эмоционально окрашенной терминологии.
В исследованном массиве авторы обнаружили ряд слов и конструкций, с помощью которых вредоносные акторы формируют нужное отношение к украинскому государству, армии и мобилизации.
Среди них — «людоловы» и «людоловство» в отношении представителей ТЦК, «бусификация» для описания мобилизации, «киевский режим» или «киевская хунта» для делегитимизации украинской власти, «пушечное мясо» и «мясные штурмы» для обесценивания военных, «каратели», «бандеровский режим», «крепостные» и «рабовладельческое государство».
Систематическое повторение таких конструкций помогает закрепить определенный фрейм — рамку, через которую аудитория воспринимает события.
Опасность заключается в том, что со временем пропагандистский термин может выйти за пределы продвигаемых каналов и проникнуть в более широкое информационное пространство. Тогда пользователи начинают воспроизводить заложенный в него месседж даже без прямого контакта с первоисточником манипуляции.
Один месседж – разная «упаковка»
Telegram и TikTok имеют разную логику потребления контента, поэтому авторы манипулятивных материалов адаптируют свои сообщения под каждую платформу.
В Telegram распространены краткие текстовые сообщения, репосты, авторские комментарии и псевдоаналитические сообщения. В TikTok то же нарративное ядро получает эмоционально-визуальное оформление.
Исследователи приводят пример распространения утверждения о якобы падении эффективности систем Patriot с 42% до 6%. В Telegram тезис подавали как аналитическое сообщение со ссылкой на бывшего высокопоставленного военного и объяснениями касательно модернизации российских ракет.
В TikTok те же цифры наложили на короткое видео украинского города.
Итак, в Telegram убедительность месседжа пытались создать посредством видимости экспертности и технической аргументации, а в TikTok — простого визуального образа и эмоционального контраста.
Нарративное ядро при этом оставалось неизменным: западные системы якобы не способны защитить Украину.
Псевдоэксперты как часть системы распространения
Еще одна особенность TikTok – значительная роль персональных блогов, авторы которых позиционируют себя как экспертов или комментаторов общественно-политических событий.
В коротких видео сложные международные, политические вопросы или вопросы безопасности могут представляться как простые объяснения. Отдельные факты и экспертные оценки при этом смешиваются с предположениями, субъективными выводами и эмоциональными утверждениями.
Это создает ситуацию, когда для пользователя грань между фактом, комментарием и предположением постепенно размывается.
Исследователи также обращают внимание на феномен так называемых talking heads — авторов, которые благодаря регулярному комментированию событий формируют собственный бренд и доверие аудитории к себе как к якобы компетентным экспертам. В то же время их интерпретации могут воспроизводить деструктивные нарративы и подрывать доверие между гражданами и государством.
Telegram как «запасной аэродром»
Платформы не только дополняют друг друга в распространении месседжей. Авторы контента могут сознательно переводить аудиторию из TikTok в Telegram.
В TikTok-профилях исследователи регулярно находили ссылку на Telegram-каналы тех же авторов. Иногда Telegram позиционировался как место, где можно получить больше информации или увидеть материалы, которые из-за правил модерации сложнее публиковать в TikTok.
Для перенаправления аудитории используются ссылки в описаниях профилей, водяные знаки на видео и посторонние сервисы типа Linktree.
Таким образом Telegram может выполнять еще одну функцию – «запасную» площадку на случай блокировки или ограничения аккаунта в TikTok, а также пространства с более низкими рисками модерационных ограничений.
Что показало исследование
Анализ подтвердил главную закономерность: между Telegram и TikTok мигрирует прежде всего не конкретный контент, а нарратив.
Telegram преимущественно выступает точкой входа и площадкой для «засева» определенной идеи. В TikTok она может получать более короткую, более эмоциональную и визуально более выразительную форму, адаптированную к логике видеоплатформы.
В то же время исследователи не нашли достаточных доказательств существования целостной скоординированной сети аккаунтов, которая системно переносила бы контент между двумя платформами. Зафиксированы отдельные прямые связи и устойчивое смысловое сходство, но этого недостаточно, чтобы говорить о единой координированной системе.
Не подтвердилась и гипотеза о системной роли ИИ-генерируемого контента. В исследованной выборке недостаточно материалов с достоверно установленными признаками использования генеративного ИИ, чтобы установить его влияние на интенсивность распространения вредоносных нарративов. Это не означает, что такой связи не существует в целом, — только то, что имеющихся данных недостаточно для такого вывода.
В то же время подтвердилось системное распространение конспирологического контента, который усиливает недоверие к государству, медиа, институтам и проверенным источникам информации.
Исследование также показало разницу в модерации двух платформ. TikTok имеет политики противодействия вредоносному контенту и фактчекинга, однако сталкивается с проблемой распознавания контекстуальных манипуляций. Telegram из-за отсутствия специализированных механизмов противодействия дезинформации и прозрачной коммуникации со стейкхолдерами остается особенно уязвимым к распространению деструктивного контента.
В конце концов, эффективность таких информационных воздействий в значительной степени зависит от внутренних уязвимостей общества. Мобилизация, коррупция, экономические затруднения и другие чувствительные вопросы становятся триггерами, на которых строятся манипулятивные кампании.
Поэтому противодействие не может ограничиваться только удалением или блокировкой отдельных публикаций. Оно нуждается в прозрачной государственной коммуникации, развитии медиаграмотности и грамотности в сфере ИИ, критическом мышлении, а также постоянном взаимодействии между государством, гражданским обществом и самими платформами.
Источник: Центр стратегических коммуникаций и информационной безопасности
